Прот. Петр Перекрестов, 1998 год

 

"Лучше малое приятие с правдою,

нежели многая жита с неправдою" (Притч. 16, 8)

Для некоторых, в настоящий момент, ответ на этот вопрос, выход из тупика, один: переход под омофор тех иерархов, которые открыто, ясно и православно исповедуют нашу веру. Этот процесс начался открыто в 1990 году. Да, были ошибки; да, были провокаторы; да, были те, которые перешли не по идейным убеждениям, а искали своего...

Но, были и те, чья совесть не позволила им иначе поступить; были те, кто не могли себе позволить на словах "обличать" своих иерархов в отступничестве, а затем им же руки лобызать и возносить их имена как "Господинов своих". И теперь, 8 лет спустя, стало довольно ясно, кто по каким причинам переходил.

Есть те, которые, подобно бывшему епископу Валентину Суздальскому, "отсеялись" - причем, не столь решением Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей, а как бы действием Божиим. Вместе с тем, те, кто перешел по идейным соображением, уже 8 лет переносят открытое гонение, лишения, озлобление, клевету. Следует еще раз подчеркнуть, что Русская Православная Церковь заграницей не открыла НИ ОДНОГО прихода в России. Назовите и покажите его. Кто в Россию из заграницы был назначен настоятелем? Получает ли кто-либо из духовенства Российской Церкви жалование с Запада? Между прочим, я на днях прочитал в газете "Православный Санкт-Петербург" (№ 1, 1998), что из государственной казны РФ в рублевом эквиваленте выделено Московской Патриархии 1,375,000 американских долларов на содержание "представительств" Церкви за рубежом! Как правило, духовенство российских приходов Русской Православной Церкви заграницей живет в очень тяжелых материальных условиях.

Те приходы, у которых по милости Божией, имеются настоящие храмы, ежеминутно находятся под угрозой захвата церковного имущества.

8 лет - период недолгий. Это даже не начало. Вспомним хотя бы иконоборчество. Ведь еще 150 лет после победы иконопочитателей на VII-м Вселенском Соборе, велась борьба за Православие. Я думаю, что процесс противостояния отступничеству в лоне Московской Патриархии (подчеркиваю, что врагом является не Московская Патриархия, а именно отступничество в ее лоне) только начинается. С потоком информации деятельные иерархи-экуменисты уже не могут так тщательно скрывать свои действия. Ныне печатается много книг, благодаря которым у духовенства и мирян только начинает пробуждаться церковное сознание. И, рано или поздно, каждый мыслящий, каждый сознательный, и каждый истинно-православный священник столкнется с вопросом: как и с кем мне быть? Сейчас наблюдается в России "вторая волна" переходящего в лоно Российской Церкви (так обычно называют Русскую Православную Церковь заграницей на территории России) духовенства. Это, как правило, священники, которые себе не строят никаких иллюзий - выгод в этом решении, как только перед Богом, нет.

С проведением нового закона о свободе совести, эти священники могут оказаться на совершенно нелегальном положении; И, все равно, они принимают такое решение. Как же перед ними не преклоняться, их не уважать? Если Московская Патриархия прославила старца Нектария Оптинского, а прославленные святые служат для нас образцом ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ, то почему же нельзя идти по стопам преподобного Нектария, не признававшего авторитет м. Сергия и его последователей? Мы, как православные, должны же прислушиваться к голосу своей совести. Вспоминаются слова Тверского священника о. Александра Левковского, расстрелянного за верность Церкви и отказ принять ложь митрополита Сергия: "Я понимаю, что мое церковное самосознание неприемлемо для соввласти, но это меня не смущает, Я готов понести наказание от соввласти, лишь бы остаться честным перед Церковью, быть верным ей до конца".

Разрешите здесь немного отвлечься от главной темы и проанализировать вкратце, что же произошло в 1990 году. До этого года перед Русской Зарубежной Церковью преклонялись. Она прославила Новомучеников Российских. Она издавала строго-православную духовную литературу и по возможности всем просящим в России бесплатно ее присылала. Она дала великих исповедников Православия - святителей Иоанна Шанхайского и Сан Францисского, Аверкия Сиракузского и Троицкого, митрополита Филарета (Вознесенского).

Она во весь голос анафематствовала ересь экуменизма. Она безбоязненно определила отношения православия к масонству, к софианству, к новшествам. Она сохранила наследие Новомучеников (двухтомник протопресвитера Михаила Польского). Иеромонах Серафим Роуз - это ее верный сын. Зарубежная Церковь спасла Коренно-Курскую икону Божией Матери от поругания, и это у нее начал мироточить Иверский-Мироточивый образ Пречистой Богородицы. Русская Православная Церковь заграницей никогда не отказывалась от имени РУССКАЯ, и, одновременно, к ней тянулись и тянутся из всех народностей те, кто желает чистого неповрежденного православия.

И вот, в 1990 году она вдруг стала "плохой", она резко изменилась. Как? Почему? Потому что до тех пор она была далеко, она была заграницей, она была недосягаема, а теперь, она у нас в России и перед каждым православным фактически впервые за 60 лет стоит не отвлеченный, а реальный выбор. Между прочим, решение о принятии приходов Зарубежной Церковью не было запланировано, долго обсуждаемо - из России поступил ряд прошений в Архиерейский Синод и он решил протянуть руку просящим. Это в традиции Русской Православной Церкви заграницей - БЫТЬ НА СТОРОНЕ ГОНИМЫХ И СТРАЖДУЩИХ.

Но ведь это происходит на "законной территории" Московской Патриархии. Читателям, думаю, известно, что у Московской Патриархии много приходов заграницей. Но не в этом дело. Дело в том, что решение, быть в лоне этой Зарубежной Церкви или нет сейчас реально стоит перед каждым, а это страшно. Но есть и чисто психологический, человеческий момент, который нам следует учесть.

В 1990 году произошло две вещи, которые реально отразились на "неуспех" (я это говорю в кавычках, поскольку настоящий процесс только начинается) Зарубежной Церкви в России. Первая вещь: избрание патриарха Алексия I! (Ридигера). Патриарх Алексий прибыл в Москву и собрал то московское духовенство, которое было притесняемо в прежние годы, и, которое чувствовало особую близость к Зарубежной Церкви.

Он, будучи опытным дипломатом, выразил им сочувствие и преклонение перед их подвигом, понимание и поддержку.

Одновременно же, Зарубежная Церковь начала принимать приходы и духовенство (не всегда самое "образцовое"), а также "требовать" покаяние от переходящих из МП клириков. И, по-человески, естественно, что духовенство, прежде положительно относящееся к Зарубежной Церкви, услышав такое жесткое требование (интересно, что оно было полностью предложено и составлено именно российским духовенством) в покаянии (а это прежде сочувствующее духовенство действительно всеми силами противостояло всему советскому и лживому) с одной стороны, и будучи "обласкано святейшим" - с другой стороны, восстало против движения переходящих в Зарубежную Церковь. Эти московские клирики сделали патриарху Алексию огромную услугу - он на их авторитете смог закрепить свои позиции.

Многие из них теперь занимают довольно высокие и ответственные посты в ряде приходов и духовных учебных заведениях Москвы.

А приходы и общины Российской Церкви, во многих местах, в тисках. В Москве, благодаря, в частности, союзу МП с "сильными мира сего", вряд ли допустят хотя бы один открыто действующий приход Зарубежной Церкви. Об этом заявлял мэр Ю. Лужков на пресс-конференции в Монреале в марте 1993 года. В Монреальской мэрии состоялась встреча Ю. Лужкова с русской общественностью. В то время старообрядцы г. Москвы дали свое согласие на передачу Зарубежной Церкви ненужный им храм, а мэр Лужков наложил вето на эту передачу.

На вопрос корреспондента: "Когда Вы передадите нам (т.е. Зарубежной Церкви - прот. П.) храм, который нам подарили старообрядцы?" мэр ответил: "Пока я мэр Москвы, я не допущу раскола". Почти во всех церковных магазинах Москвы можно найти книги еп. Варнавы Беляева, архиепископа Аверкия, иеромонаха Серафима Роуза, о. Сергия Мечева... - но в этих книгах совершенно умалчивается принадлежность авторов к Зарубежной и Катакомбной Церквам. А книг напечатанных с благословения Русской Православной Церкви заграницей вообще нет.

Российские приходы гонимы. Хотя они немногочисленны, верхний эшелон Московской Патриархии их очень боится. Владыка Приморский Вениамин этого не скрывает. С одной стороны, он восхваляет Зарубежную Церковь, а с другой - сетует, что в его епархии растет количество общин Российской Церкви настолько, что имеется реальная нужда в архиерее. В Владивостоке существовал храм Российской Церкви.

Верующие с духовенством в течение нескольких лет руками выносили тонны мусора, находили человеческие кости, жертвовали копейки и восстановили Свято-Евсевиевский храм. Как сообщил нам настоятель храма, в декабре 1996 года, когда он отсутствовал, храм был захвачен группой монахов МП под предводительством епископа Приморского Вениамина, вооруженных казаков и наряда милиции, в присутствии прокурора и представителя по делам религии губернатора Приморского края. Теперь прихожане молятся по домам или в приспособленных под храм помещениях. По всей России подобные случае захвата храма можно перечислить, часто с побоями.

И чем больше гонят духовенство и верующих Российской Церкви, тем больше они утверждаются в своем пути. Сколько сил и зла направлено против российских приходов. Любопытно, что в своей неприязни к Зарубежной Церкви, хотя по разным побуждениям, объединяются представители и "традиционного" и обновленческого направлений Московской Патриархии. Этот грех, гонения своих же православных, лежит полностью на совести иерархии и духовенства Московской Патриархии, которые в этом участвуют, активно ли или своим пассивным молчанием. Когда речь идет о примирении Русской Православной Церкви заграницей и Московской Патриархии этот грех нельзя замалчивать.

И в Вашей газете, и в некоторых органах Зарубежья прозвучали слова о том, что особой "проблемой" во взаимоотношениях между Русской Православной Церкви заграницей и Московской Патриархией являются т.н. "параллельные приходы". Желаете ли Вы, чтобы мы от них отказались - будет ли это нравственно? Будет ли это церковно и в духе православия? Нет! На предательстве, пусть и ради "высшего блага", нельзя строить церковную жизнь!

Может быть мало кому из читателей известно и другое явление. Если кто-либо был рукоположен в священнический сан архипастырем Русской Православной Церкви заграницей на территории России (а их в настоящее время 4, включая Украину) и он. желает перейти под омофор патриарха Алексия II, то этого священника перерукополагают! Уже было по крайней мере три известных нам случая перерукоположений: первый - известного ныне благодаря своей антисектантской деятельности о. Олега Стеняева. Он был рукоположен в иерейский сан бывшим епископом Валентином Суздальским, а вернувшись в МП рукоположен заново.

Это перерукоположение можно еще как-то понять с точки зрения МП, поскольку еп. Валентин был ею запрещен в священнослужении. Другие 2 случая - перерукоположения о, Владимира Родионова и о. Димитрия Гольцева. Отец Владимир был первоначально рукоположен архиепископом Лазарем (Журбенко), который получил хиротонию от зарубежных иерархов, а о. Димитрий - епископом Вениамином, который был хиротонисан в Канаде.

Оба, так же, как и о. Олег, при переходе в МП вторично рукоположены. Одновременно мы читаем в докладе Богословской комиссии Московской Патриархии Архиерейскому Синоду о том, что мол, мы (православные) всегда признавали таинства Римо-католической церкви и свидетельство тому, то, что мы принимаем римо-католическое духовенство в сущем сане! Это просто в ум не вмещается: своих же ПРАВОСЛАВНЫХ ПЕРЕРУКОПОЛАГАЮТ, а РИМО-КАТОЛИЧЕСКИХ КЛИРИКОВ ПРИНИМАЮТ В СУЩЕМ САНЕ! Между прочим, слава Богу, не известен ни один случай перерукоположения переходящего из МП в Зарубежную Церковь священника. А переходящих в православие из ереси клириков (протестантов и католиков) Русская Православная Церковь заграницей не только рукополагает, но и крестит.