«Опять двадцать пять» или еще раз о каноническом положении группы еп. Агафангела

 

В.Ю.Кириллов, "Живой Журнал"

 

16/02/2008

Париж

 

Нужно решительно сказать,

что для доказательства своих представлений

нельзя жертвовать истиной ни в большом,

ни в малом, нельзя идти путем натяжек

и сознательных искажений действительности!

Прот. Лев Лебедев

(Из письма 1997 г. Митр. Киприану)

Фото: иподиакон Владимир Кириллов, 2011 год, Париж

Как написал в своей статье иерей В. Добров (http://ruschurchabroad.com/080211.htm), у «многих ревнителей ... возникают разного рода недоумения» и, более того, «многие ... недопонимают особенностей сложившейся после 17 мая 2007 г. ситуации». Поэтому, видя бедственное положение даже у «многих ревнителей Православия и Святых Канонов», о. Виктор, по слухам, знаток канонического права, решил рассеять все «недоумения» и не только внести ясность в этот непростой вопрос, но и указать «медленный», но верный, по его мнению, «путь канонического строительства Зарубежной Церкви».

Заранее скажу, что эта попытка просветить «ревнителей» и внести ясность в умы недопонимающих успехом, к сожалению, не увенчалась, а лишь увеличила «разного рода недоумения».

Но, начну все по порядку.

Начиная с ноября 2001 г. (т. е., после того, как произошел, по выражению Митрополита Виталия, «Собор безответственных»), еп. Агафангел вместе с теми, которые позже назвали себя «Лояльной Оппозицией», соучаствовали во всех деяниях «Синода митр. Лавра», считавшегося у них законным и каноническим.

В свою очередь, «митр. Лавр» со своим Синодом, несмотря на свою «законность» и «каноничность», после подписания унии с МП (17 мая 2007 г.) ушел, как пишет о. Виктор, «из РПЦЗ в раскол». И тогда пассивные соучастники унии (или «Лояльная Оппозиция») организовали т. н. Временное Высшее Церковное Управление РПЦЗ, каноничность которого пытается теперь доказать иерей Виктор в своей статье.

В связи с этим возникает законный вопрос: а от кого, собственно, откололся «Синод митр. Лавра»?

Получается, если следовать логике автора, то от еп. Агафангела и «Лояльной Оппозиции». После чего это «ВВЦУ» стало «остатком верных», «чистым как кристалл».

Стало быть, подписавший унию «Синод митр. Лавра» стал нечистым и неверным, загрязняющим РПЦЗ?

Получается, что так.

Вопрос только в том, когда он стал таковым?

Тогда, когда окончательно вошел в подчинение МП: в 2007 г. или в 2001 г., когда открыто начал к нему готовиться?

А также, является ли подготовка к унии делом законным и каноническим, если само ее подписание незаконно и неканонично?

Или может ли хорошее дерево приносить плохие плоды, а хорошие плоды вырастать на плохом дереве?

В связи с этими вопросами, на которые любой здравомыслящий человек даст правильный ответ, нелишним будет напомнить, что когда процесс унии с МП перешел из своей многолетней скрытой фазы в открытую, и с этой целью в 2001 г. был устранен от управления Церковью принципиальный противник МП Митрополит Виталий, в РПЦЗ уже произошло размежевание между витальевцами и проуниатскими последователями «митр. Лавра», которые, по словам Митрополита Виталия, «не могут (как отступники) считаться находящимися в ограде Церкви».

И как тогда, якобы, «верный остаток», добровольно остающийся в подчинении отступникам от «исконного пути РПЦЗ» (активным строителям унии), может оставаться верным (если он добровольно прошел до конца рука об руку с отступниками)?

Если следовать евангельской логике, то никак не может. С ней также согласна и народная: «с кем поведешься, от того и наберешься» или «в плохом дереве и сучьи плохи», иначе говоря, «плохое порождает плохое».

Поэтому, размежевание в РПЦЗ с нечистыми и неверными униатами произошло не в 2007 г., как пишет о. Виктор, а окончательно в 2001 г., т. е., уже тогда, когда «Синод митр. Лавра» показал себя на деле отступническим от «исконного пути РПЦЗ», а его служители или попутчики, такие как еп. Агафангел, ему верными и послушными.

Не надо забывать, что в этот период «верный» «Синод митр. Лавра» совершил серьезное каноническое беззаконие, а именно, «тихой сапой» признал никогда не признанных соборно Зарубежной Церковью московских патриархов каноническими и законными, а ранее еретическую МП истинной Поместной Церковью. За что и заслужил по праву наименование отступнического и раскольнического. Не говоря уже о сослужениях этого «Синода» с Сербской Церковью, активно участвовавшей в экуменическом движении.

Следовательно, в 2007 г. произошел лишь раскол в расколе, в результате которого бывшие до этого лояльными «митр. Лавру» сторонники еп. Агафангела влились не в РПЦЗ(В), как логично было бы предположить, раз они, наконец-то, узрели нечистоту и неверность «Синода митр. Лавра», а обособились в свое собственное, отдельное «ВВЦУ». Впрочем, не зря говорит персидская мудрость: «от горького дерева горькие плоды».

Примечательно, что это новообразование иерей Виктор старается теперь оправдать каноническим Указом за № 362 Св. Патриарха Тихона (?!).

В связи с этим, придется нам поподробнее остановиться на важном для всей Российской Церкви Патриаршем Указе, который уже давно подвергается разного рода искажениям. И более того, этими искажениями пытаются оправдаться все отделившиеся от РПЦЗ группы.

Итак, Указ был написан для случая, когда связь с Высшей Церковной Властью (конкретно, в лице «Святейшего Патриарха, Священного Синода, Высшего Церковного Совета» или «учреждения», указанного Патриархом, т. е. Патриаршего Местоблюстителя) в результате революции и Гражданской войны будет нарушена или эта Власть (конкретно указанная Св. Патриархом, а не вообще любая церковная власть) вообще перестанет существовать. И тогда, в этом случае, Церковь распределяется на самоуправляющиеся части, объединенные единством веры, а не единой администрацией.

Причем, если РПЦЗ и Катакомбная Церковь были созданы, на каноническом основании Патриаршего Указа, в виде «митрополичьего округа» или самоуправляющихся епископий, то Московская патриархия образовалась вопреки ему и незаконно подменила собой Российскую Церковь. И, в силу этого, разорвала легитимную связь со Св. Патриархом Тихоном, став неканонической. Поэтому отступнический «Синод митр. Лавра», признавая МП истинной Российской Церковью и войдя к ней в подчинение, потерял свой твердый канонический фундамент и стал также неканоническим, поэтому по праву и считается отступническим.

Хочу обратить внимание на одну важную деталь, а именно на то, что Указ жестко привязан к определенному периоду времени. Причем, он полностью вступил в силу в 1936 г. после мученической кончины Местоблюстителя Митрополита Петра (т. е., когда произошло окончательное прекращение деятельности Высшей Церковной Власти, обозначенной Св. Патриархом). Действие же Указа заканчивается в тот момент, когда будет восстановлена Центральная Церковная Власть на законном Всероссийском Соборе (пар. 10). Далее Указ дает лишь инструкции по организации церковной жизни в этих особых условиях.

Другими словами, вся Церковь, согласно этому Указу, обязана в начале обозначенного периода времени «немедленно» распределиться на автономные части, находящиеся в «одинаковых условиях», т. е., как оказалось, в силу одинаковости условий, на две категории: на зарубежную и катакомбную. И только эти две части РПЦ, послушные Указу, являются законными и каноническими.

В силу этого, Патриарший Указ не является универсальным и вневременным (а, как следует из контекста, «одноразовым» для определенного периода, своего рода, стартовым сигналом для определенных, обусловленных Указом, действий), и его нельзя применять произвольно для любого периода времени и для любой ситуации, иначе говоря, вырывать из него произвольно и вне исторического контекста подходящие для частного случая части.

Причем, этот Указ при возникновении критической ситуации в Церкви предоставлял самые широкие возможности для выбора формы церковного управления «в виде ли Временного Высшего Церковного Правительства или митрополичьего округа или еще иначе» (пар. 2).

В соответствии с этим Указом, власть в РПЦЗ в 1921 г. организовалась сначала в виде Высшего Церковного Управления, которое, после получения Указа Св. Патриарха Тихона за № 348 от 1922 г. (т. е., Указа о его роспуске), было преобразовано сначала во Временный Архиерейский Синод, а затем, на Арх. Соборе 1923 г., в этот постоянный орган Церковного Управления. И с тех пор в РПЦЗ установилась именно эта «синодальная» форма церковной власти (т. е., постоянной власти Арх. Синода, являющегося исполнительным органом Архиерейского Собора, периодически собираемого), которая и была зафиксирована в «Положении о РПЦЗ» (причем, во всех его редакциях).

Следовательно, возвращаться опять (как это сделал сейчас еп. Агафангел) к форме Церковного Управления в виде некого «ВВЦУ», распущенного в свое время Св. Патриархом Тихоном и противоречащего современному Уставу РПЦЗ, нет никакой нужды. И более того, эта форма управления является, согласно церковному Уставу, актом неканоническим. Ссылка при этом на Указ № 362 является необоснованной тем более, что Указ и не предписывал обязательно организовываться в виде ВЦУ, а оставлял выбор формы организации церковной власти на усмотрение епископата.

Т. о., необходимо признать исторический факт, что РПЦЗ образовалась определенным образом с определенной формой церковной власти, и произвольно менять эту форму на другую (т. е., возвращаться к старой и уже давно упраздненной) не является действием преемственным и, поэтому, законным.

В связи с вышесказанным становится очевидным несостоятельность и надуманность утверждения о. Виктора о некоем «временном периоде исключительного действия Указа № 362», который, якобы, обязует «оставшийся в сложившихся условиях епископат образовать для осуществления церковно-административной деятельности ВВЦУ», которое, по мнению о. Виктора, «обладает всей полнотой Власти в РПЦЗ до времени проведения Всезарубежного Собора».

Действительно, Патриарший Указ, как я уже писал, является временным (т. е., действие его охватывает определенный отрезок времени, начинающийся 7/20 ноября 1920 г.) и исключительным в силу особой ситуации, в связи с прекращением деятельности «высшей церковной власти» в Российской Церкви. И в силу этого Указа, и при возникновении определенных условий, зарубежная часть Российской Церкви исторически организовалась определенным образом и просуществовала в таком положении уже 85 лет и не нуждается сейчас ни в каких самочинных изменениях. Поэтому, никакого «исключительного действия Указа» не существует в природе, и он не может действовать сильнее или другим образом, чем он действовал ранее, т. е., до идеи создания нового «ВВЦУ».

Кстати о. Виктор упоминает о некоем V Всезарубежном Соборе, как о высшей инстанции РПЦЗ, который должен, по его мнению, восстановить «канонический порядок» в РПЦЗ, хотя, согласно действующему «Положению», такого рода Собор с участием клира и мирян как раз не «обладает всей полнотой Власти в РПЦЗ», ибо полнотой власти обладает в РПЦЗ лишь Собор Архиерейский.

Т. о., возвращаться сейчас к тому, что на основании Указа и других документов было уже сделано десятки лет тому назад и говорить о некоем особом (?) периоде «действия Указа № 362 Патриарха Тихона» исходя из чего и нужно было, якобы, создать агафангеловское «ВВЦУ», просто нелепо. И оно нужно лишь, по-видимому, для того, чтобы придать этому сомнительному делу лишь одного епископа особую значимость, важность и грандиозность, а также с целью привлечения к непосредственному управлению вновь созданной церковной организации некоторых священнослужителей.

Еп. Агафангел в 1993-1995 гг. уже активно (причем, на первых ролях) участвовал в создании одного такого неканонического и самочинного ВВЦУ вместе с епп. Лазарем и Валентином и также использовал для его оправдания «богомудрый Указ» Св. Патриарха Тихона. Может быть, поэтому у него сохранилось желание повторить свой печальный раскольнический эксперимент и во второй раз?

Видимо, шестимесячного покаяния было для него недостаточно. Как известно, первое «суздальское» ВВЦУ было категорически осуждено епископатом РПЦЗ как раскол и вот, не сделав соответствующих выводов, попытка повторилась еще раз.

Впрочем, что можно хотеть от еп. Агафангела и его последователей, своевременно не проявивших верности исповедническому пути законного Первоиерарха и предавших его в самый трудный – крестный – момент его жизни. И не только предавших, но и находившихся среди отступников все последние годы, что уже, без сомнения, свидетельствует об их бедственном духовном состоянии, а, может быть, уже и о неправомыслии.

И в силу этого бедственного состояния, действительно, как пишет о. Виктор, «невозможно ожидать и требовать от ВВЦУ буквального исполнения требований действовавшего до 17 мая 2007 года Положения o РПЦЗ». Ведь, для этих людей Устав, составленный «потом и кровью», на основании исторического пути РПЦЗ отцами Русской Зарубежной Церкви, это – лишь некий условный документ, которым они могут манипулировать произвольно, в зависимости от своих нужд, а не «конституция» Церкви, которую все обязаны уважать.

И как можно говорить после этого о сохранении «преемственности ВВЦУ от исконной РПЦЗ» и считать себя, как пишет о. Виктор, «верным остатком РПЦЗ»? Когда даже в этом давно решенном в РПЦЗ административном вопросе нет у них верности? И мало того, самодовольно и горделиво (как это свойственно многим защитникам «ВВЦУ») утверждать при этом о некоей своей канонической безупречности?

Очевидно, что только одно это обстоятельство (имею ввиду, прежде всего, нарушение «Положения о РПЦЗ») говорит о потере преемственности самочинного «ВВЦУ» «с исконной РПЦЗ».

Но возникает попутный вопрос, а что можно все-таки использовать в наше время из Указа Св. Патриарха Тихона (т. е., после того, как Церковь уже распределилась на автономные части)?

Как мне представляется, лишь параграфы с 5 по 9.

В частности, в параграфах 5 и 6 говорится о возможности образования «по соборному суждению с прочими Архиереями» «епархий», вплоть до «церковных округов», «с правами полусамостоятельных или самостоятельных» (и это касается, в первую очередь, вопроса образования РИПЦ и РПАЦ).

Параграфы 7 и 8, в которых говорится о «вдовствующих епархиях», можно отнести к ситуации МП, поскольку ее иерархия не была признана РПЦЗ канонической и, следовательно, ее епархии являются вдовствующими, поэтому на РПЦЗ, как на открыто действующей части Церкви, лежит долг брать всех просящихся из МП под свой омофор.

А о том, что фактически сделал Митрополит Виталий в 2001 г. (когда он, «в случае крайней дезорганизации церковной жизни, когда некоторыя лица и приходы» перестали «признавать власть епархиального Архиерея, последний, находясь в положении, указанном в п. п. 2 и 6», не сложил «с себя своих иерархических полномочий», но организовал «из лиц, оставшихся ему верными, приходы и из приходов – благочиния и епархии, предоставляя, где нужно совершать богослужения даже в частных домах и других приспособленных к тому помещениях» и прервал «церковное общение с непослушными») говорит параграф 9.

Таким образом, на основании вышесказанного, суть организации «ВВЦУ» заключается лишь в том, что еп. Агафангел и его последователи не были, на самом деле, верны пути «исконной РПЦЗ», а малодушно оказались в стане отступников от него, и теперь, «проснувшись от зимней спячки», пытаются доказать, что дело Митрополита Виталия было незаконно, неправо и его хиротонии недействительны, а их новосозданная церковная организация есть самая правильная и «канонически безупречная».

С этим (имею в виду обвинения против действий Митрополита Виталия) можно было бы согласиться, если бы уния не состоялась до сих пор и все в РПЦЗ пошло бы по-старому и тогда бы стало всем очевидно, что Митрополит совершил преступную поспешность, поддавшись на уговоры «плохого» окружения.

Однако, случилось именно так, как предвидели Митрополит Виталий и его «окружение». Можно было еще раздумывать до 2003 г., но уже после встречи «митр. Лавра» и его Синода с В. Путиным, надо было, кому истина дорога, хотя бы последовать примеру покойного архиеп. Серафима (Дулгова), написавшего письмо «митр. Лавру» с просьбой вычеркнуть его из списка своих архиереев, ввиду его полного и принципиального несогласия с действиями униатов.

А теперь, когда уния состоялась, на поверхность всплыли некие агафангеловские «обломки» или «остатки», претендующие на какую-то кристальную чистоту, верность и «преемственность исконному пути РПЦЗ», и не только всплыли, но организовали свое «ВВЦУ» и пытаются выдать его теперь за «кристально-чистую РПЦЗ».

Право, это вызывает, по крайней мере, недоумение. Кажется, что прошло уже достаточно времени для того, чтобы осмотреться после этого «всплытия». Но осмотреться еп. Агафангелу и его последователям так до сих пор и не удалось.

Какая же причина этого бедственного положения?

Впадение в неправдомыслие.

Годы, проведённые вместе с отступниками, не прошли бесследно, а отсюда все и проистекает. Компромиссы в вопросах веры, как писал Митрополит Филарет, не остаются без следа: «Как опасны компромиссы в принципиальных вопросах! Они делают людей безсильными в защите Правды».

Поэтому нет нужды доказывать незаконность следствия (т. е., образование «ВВЦУ» и агафангело-киприановские хиротонии), когда их причина (предательство дела Митрополита Виталия и нахождение в стане отступников) является нарушением «исконного пути РПЦЗ». Очевидно, что агафангеловское «ВВЦУ» никак духовно не связано с Митрополитом Виталием и его РПЦЗ, а всецело происходит от отступнического «Синода митр. Лавра» и теперь уже связано тесными узами с сомнительным во всех отношениях Синодом Противостоящих.

Без сомнения, еп. Агафангел, иерей В. Добров и другие иже с ними совершили в 2001 году серьезную ошибку, оставаясь в течение всего периода созидания унии вместе с отступническим «Синодом митр. Лавра». И усугубляют ее тем, что не хотят до сих пор ее признать, а поэтому и каяться в ней не считают для себя нужным, а «валят все с больной головы на здоровую», считая витальевские хиротонии незаконными, а свои истинными.

И если бы еп. Агафангел действительно остался бы среди архиереев РПЦЗ один в истине, то, конечно, не было бы никакого прегрешения обратиться к другой Поместной Церкви для «восполнения епископской благодати». Но поскольку в момент его обращения от униатов уже существовала РПЦЗ(В), которая ничем не прегрешила против церковной правды (несмотря на отдельные ошибки и личные немощи и лишь отступниками-лавровцами считалась раскольничьей за ее стояние на «исконном пути РПЦЗ»), то извинения его нынешним действиям, носящим по-настоящему раскольнический характер, нет.

Но получилось все наоборот: выбирая в «канонически чистых источниках» «вне сомнений и без оговорок, каноничного архиерея», еп. Агафангел нашёл епископов именно Синода Противостоящих, каноничность которых не признается ни одним Синодом ИПХ Греции.

Причем, запрещение архиепископом Авксентием в служении подведомственного ему архим. Киприана (будущ. митрополита) и последующее снятие с него сана за участие в расколе и незаконных хиротониях, не снимается да и не может сниматься, установлением с ним общения со стороны РПЦЗ.

И тогда, как, запрещенный своим священноначалием митр. Киприан, может в принципе быть «канонически чистым источником» епископской благодати?

Согласно Св. Канонам, никак.

Выясним теперь, как произошло установление общения Синода митр. Киприана с РПЦЗ, на правильности которого строит еп. Агафангел свою каноничность. С этой целью представлю почти полную выписку из Протокола № 4 от 24 апреля / 7 мая 1993 г. Арх. Собора РПЦЗ на интересующую нас тему:

«Епископ Иларион читает письменное сообщение Епископа Даниила о том, что он перевел на русский язык «Записку об экклезиологической позиции» Митрополита Киприана. Епископ Даниил думает, что было бы хорошо установить хотя бы дружественные отношения с его группой и сотрудничество. Некоторые упрекают Митрополита Киприана за то, что они запрещены как ново-, так и старо-стильниками. На взгляд Епископа Даниила, «это служит скорее в их пользу, т.к. новостильники запретили их за старый стиль, а старостильники – за умеренность». (Как я уже писал, митр. Киприан был запрещен не за «умеренность», а за участие в расколе, который возглавил считавший новокалендарную Церковь Греции безблагодатной, бывший ранее в матфеевском Синоде, митр. Каллист. Причем, новостильники, в свою очередь, запретили архим. Киприана не за его приверженность к старостилию, а за переход под омофор архиеп. Авксентия.)

Архиепископ Антоний Лос-Анжелосский передает, что надо быть очень осторожными в вопросе решения об установлении единства с греческими старостильниками, заранее надо хорошо изучить этот вопрос.

Епископ Кирилл замечает, что раньше у нас было постановлено не иметь литургического общения со всеми группами греков старостильников, пока среди них не будет установлено единство. До сих пор еще это единство не достигнуто, и нам поэтому не надо торопиться соединяться с какой-либо из их групп.

Епископ Григорий согласен с этой позицией, не надо впутываться в их дела, пока у них не будет согласия.

Архиепископ Антоний Сан-Францисский читает письмо Митрополита Киприана, возглавителя умеренной группы греков-старостильников, в которой он объясняет разницу между разными юрисдикциями старостильных греков и указывает, что разногласия его группы с группой т.н. Архиепископа Хризостома Афинского не личного характера, а заключаются в разнице экклезиологического характера. Он просит об установлении литургического сослужения с нашей Церковью. (Дело в том, что сначала были разногласия канонического характера, вследствие запрещения митр. Киприана, и лишь потом уже в Синоде митр. Каллиста прибавились разногласия экклезиологического характера, когда митр. Киприан представил свои «Экклезиологические тезисы...», не принятые никем кроме членов его группировки.)

Архиепископ Антоний Сан-Францисский указывает, что эта группа всегда к нам относилась и относится с сочувствием и гостеприимством.

Архиепископ Алипий замечает, что недостаток группы Митрополита Киприана – это то, что они часто рукополагают недостойных кандидатов.

Епископ Кирилл напоминает, что не верно, что они никогда не относились к нам отрицательно. В прошлых номерах их американского журнала, издаваемого в Калифорнии, имеются нападки на нашу Церковь.

Архиепископ Лавр согласен, что нужно ждать их общего объединения, но т. к. мы объединились с старостильниками румынами, имеющими отношения с Митрополитом Киприяном, то как же нам поступить, когда будем в гостях у румынов, а там окажутся и греки?

Постановили:

1) Считать прежнее постановление Архиерейского Собора в силе, оно не отменяется. С греками-старостильниками, пока у них нет согласия между собой, пока они сами не объединятся, не можем иметь богослужебного общения.

2) Усилить призыв к группам греческих старостильников к единству, указывая, что мы хотели бы быть в единении со всеми православными старостильниками.

3) Назначить комиссию для составления ответа Митрополиту Киприану, в составе Архиепископа Лавра, Епископа Григория и Епископа Кирилла.

Архиепископ Лавр пересказывает содержание письма какого-то неизвестного лица, присланного Архиепископом Антонием Женевским. Это апология держания царского пути в церковных делах и призыв к осторожности в признании греков-старостильников, тем более, что одна часть старостильников Греции недавно поставила своих епископов для России.

Председатель говорит, что мы фактически такого пути и держимся. Мы с Вселенским Патриархом не сослужим, но не говорим, что его Церковь безблагодатная. (Здесь Митрополит Виталий выражает свое обычное желание не быть судьей в делах другой Поместной Церкви и изображать собой Вселенский Собор.)

Архиепископ Лавр продолжает чтение вышеупомянутого анонимного письма, в котором дается биография и история группировки Митрополита Киприана. Тут указывается, что иеромонах Киприан (будущий архиерей) был лишен сана новостильниками не за старый стиль (который ему был дозволен), а за переход в юрисдикцию старостильников Архиепископа Авксентия. Далее, письмо говорит о румынских старостильниках. Считает, что их каноничность не безупречная. Автор в заключение призывает к возвращению к началам Блаженнейшего Митрополита Антония.

Архиепископ Марк говорит, что у греков старостильников очень сложное и путанное положение. Смущает его, что в юрисдикции Митрополита Киприана много епископов не греков. Но невозможно ожидать, что греческие старостильные Синоды могут прийти к соглашению, так как экклезиологический вопрос их принципиально разделяет. Если мы отказываемся от общения с Киприаном, то должны как-то очень дипломатично ответить ему, почему служим с румынами, а не с его иерархами. Следует написать, что сочувствуем их делу, но настаиваем на том, чтобы старостильники объединились».

Т. о., из Протоколов Собора 1993 г. видно уже традиционное (т. е., преемственное с предыдущими соборными решениями) и еще непредвзятое отношение архиереев РПЦЗ к вопросу установления общения вообще с греками и, в частности, с Синодом Противостоящих.

Но митр. Киприан не смирился с соборным отказом 1993 года и продолжал настаивать еще более настойчиво. Можно только гадать, какие он включил механизмы, чтобы добиться своего. Во всяком случае через год он смог уже подготовить почву для принятия своего предложения и послать на Собор 1994 г. для лучшего увещевания подотчетного его Синоду болгарского еп. Фотия.

Еп. Фотий выступил на Соборе с докладом, в котором он, среди прочего, сообщил, что все старостильные Синоды, кроме Синода Противостоящих, «отрицательно относятся к Русской Зарубежной Церкви» и что «у Митрополита Киприана правильная святоотеческая экклезиология».

С докладом в поддержку установления общения выступил также архиеп. Лавр. Его поддержал еп. Митрофан.

Интересно, что сомнения по поводу общения высказал не кто иной, как еп. Даниил: «Говорят, что Митрополит Киприан создал вокруг себя культ личности. Также говорят, что он создал самочинную автокефалию ... мы можем стать жертвой еще одной авантюры. Надо не ошибиться».

Еп. Амвросий также посчитал Синод Митрополита Киприана авантюрой. «... мы роняем наш престиж, если войдем в евхаристическое общение с Синодом Митрополита Киприана. Сам Архиепископ Антоний Женевский был бы против этого. Он не мог служить с ними».

Интересное возражение высказал еп. Вениамин: «Если мы войдем в общение с Митрополитом Киприаном, то Архиепископ Лазарь использует этот случай для своей пользы, т.к. он создал такое же самочинное управление, как Митрополит Киприан» (Из Протокола № 7, 28 июня / 11 июля 1994 г.).

Но, несмотря на отдельные возражения и сомнения (устные и письменные), решение об установлении общения с Синодом митр. Киприана было на Соборе все же принято.

Примечательно, что на Соборе не было предпринято ни малейшей попытки провести анализ экклезиологии митр. Киприана или его канонического положения. По-видимому, преосвященные были вполне удовлетворены объяснениями еп. Фотия и докладом архиеп. Лавра.

При этом, было сделано странное и необдуманное заявление, что «Синод Митрополита Киприана всецело держится тех же экклезиологических и догматических принципов, как и наша Русская Зарубежная Церковь...» («Прав. Русь», № 17/1994, с. 11).

А как же тогда анафема РПЦЗ на экуменизм 1983 г., с которой эта экклезиология находится в резком противоречии?

Наверное, писавшие предпочли совсем о ней забыть, забыв тогда и о том, что нельзя одновременно признавать анафему РПЦЗ на экуменизм, которая отсекает экуменистов от Церкви, и исповедовать, что у новостильников-экуменистов таинства совершаются, т. е., что они, несмотря на пребывание в ереси, остаются в Церковной ограде до особого соборного разбирательства, пусть даже на положении «больных» членов (как об этом учит митр. Киприан и Синод Противостоящих).

Т. о., решение Собора 1994 г. об установлении общения с киприонитами вошло в противоречие с противоположным по смыслу соборным решением 1993 г., которое, в свою очередь, базировалось на аналогичном соборном решении 1975 г., и вступило в конфликт с анафемой 1983 г. на экуменизм, что по совокупности свидетельствует о нарушении в этом вопросе преемственности. Добавлю, что Собор 1998 г. подтвердил «анафематствование экуменизма, текст которого был принят в конце Архиерейскаго Собора РПЦЗ в 1983 году» (Из Протокола № 3 от 24 апреля / 7 мая 1998 г.).

Итак, решение какого Арх. Собора (1993 г. или 1994 г.) соответствует принципам, на которых стояла и продолжает стоять РПЦЗ?

Ясно, что Собора 1993 года.

Стало быть, еп. Агафангел и его «верный остаток», вступив во второй раз в общение с Синодом Противостоящих, наступил, как говорится, еще раз на одни и те же грабли. И теперь вынужден будет закрывать глаза на многие противоречия, в связи с киприановской экклезиологией. И тогда, рассматривая эту ситуацию, нельзя ещё раз не согласиться с Митрополитом Филаретом, который писал, что «компромиссы в принципиальных вопросах ... делают людей безсильными в защите Правды».

Теперь, в связи с тем, что по сообщению представителя «Лояльной Оппозиции», о. Виктор Добров является «достойным учеником владыки Григория Граббе», обратимся к статье его учителя «Сомнительное православие группы митрополита Киприана». И если при этом, о. Виктор с чем-либо будет не согласен, то пусть спорит со своим «учителем», с мнением которого, кстати, согласны и другие духовные писатели.

В частности, в этой статье известный зарубежный канонист и многолетний Секретарь Синода еп. Григорий говорил о том, что «заблаговременно подготовляя почву для возможного общения с Зарубежной Церковью, Митрополит Кипpиан выпустил бpошюpу, озаглавленную “Экклезиологические тезисы или изложение учения Православных, противящихся ереси экуменизма”. Казалось бы, если судить по заглавию бpошюpы, ничего нельзя возразить против такой программы... Она была широко распространена и, несомненно, что каждый член Аpхиеpейского Собора ее получил.

Однако, с большой тревогой и огорчением приходится отметить, что, по-видимому, даже сами члены Аpхиеpейской комиссии, изучавшие греческий вопрос, и все вместе взятые члены Аpхиеpейского Собора – недостаточно вникли в то, что называется “чтением между строк” этой богатой древними текстами, приведенными в ловко и умело составленной бpошюpе, но имеющими весьма отдалённое отношение к современному положению Церкви.

О “каноническом” положении этой, можно сказать, самой сомнительной из всех стаpостильных греческих групп, было достаточно много говорено и писано в самых различных частных и официальных публикациях. Также очевидно и то, что Комиссия никак не принимала во внимание мотивировки наших собственных прежних постановлений». Так, «ни в одном из шести пунктов (Определения Комиссии – ВК) не упоминается о том, что Собор 1975 года постановил не иметь общения с греческими группами, пока они между собою не объединятся, а Синод, уже под председательством Митрополита Виталия, подтвердил то же самое мудрое решение весной 1993 г., т. е. только полтора года тому назад».

Разбирая ключевой вопрос киприанизма о «больных» и «здоровых» членов Церкви, еп. Григорий писал: «Странно слышать от утверждающего свою пpавославность Епископа мысль о том, что Церковь может “разделяться”. Святые Отцы учили, что Она была, есть и будет единой Невестой Хpистовой. От нее можно только отпасть, или же возвратиться через покаяние».

Далее, разобрав главы этой экклезиологической брошюры и письма епископов Синода Противостоящих, еп. Григорий свидетельствует, что они «исповедуют свое собственное и никак не православное учение о возможности благодатного действия Святого Духа в явно ставших еретическими Церквах. ВСЕ новостильники, без малейшего изъятия, являются также и активными экуменистами. Старостильные же Церкви (Русская и Сербская) тоже давным-давно исповедуют ту же самую ересь».

Поэтому, как писал еп. Григорий, «... Вынося свое Определение об общении с группой Митрополита Киприана, наш Собор, к сожалению, не вспомнил также и о тексте Определения, принятого ранее под председательством Митрополита Филарета, анафематствовавшего экуменическую ересь. В нем, в частности, имеются и такие предупредительные слова: “и тем, иже имут общение с сими еретиками или способствуют им, или защищают их новую ересь экуменизма, мнящие ю братскую любовь и единение разрозненных христиан быть: Анафема”.

Поистине, не вникнув в дело с достаточной серьезностью и забыв об этом утвержденном ранее анафематствовании новостильников, экуменистов (а может, и не решившись на отмену этого постановления), наш Собор, как это ни страшно признать, подпал под собственную анафему. Вникни он повнимательнее в расставленные перед ним сети, он никогда бы не вынес такого противоречивого Постановления...

Надо ли считать, что наш Архиерейский Собор вступил на путь измены святоотеческим преданиям или же только по недоразумению допустил невольную ошибку, которую не поздно еще исправить на его ноябрьской сессии»?

Но ошибка, о которой свидетельствовал еп. Григорий, не была своевременно исправлена, несмотря на то, что против этого общения выступили дополнительно все три западно-европейских епископа РПЦЗ. И лишь только после лаврского раскола, в котором участвовал и еп. Агафангел, Митрополит Виталий в 2001 году смог аннулировать общение с этой «самой сомнительной из всех стаpостильных греческих групп».

Кстати, «... Интересно отметить, (как пишет там же еп. Григорий), что наш Собор, ищущий теперь объединения с “истинно православными” греческими группами, не предпринимал никаких шагов для объединения с гораздо более многочисленной и более приличной греческой группой Архиепископа Афинского Хpизостома, имеющего в своем Соборе 19 епископов» (http://www.holmogorov.rossia.org/libr/grabbe/Cypr.htm).

Т. о., об установлении общения с группой митр. Киприана, которую еще в 1994 г. еп. Григорий обвинил в не православии, можно говорить только как об ошибочном и непродуманном действии, сделанном в противоречии с прежними постановлениями на эту тему, и принесшим, и продолжающим приносить, лишь смуты в РПЦЗ (и об этом предупреждал в свое время покойный архиеп. Серафим (Дулгов)). Кстати, и сам Первоиерарх не был доволен этим общением и, фактически, устранился от него, избегая участвовать в разных мероприятиях митр. Киприана. И, как свидетельствовал брат Иосиф, сам противник общения с киприановцами, Митрополит Виталий не наложил вето на это решение 1994 года лишь только потому, что до этого наложил вето на разрешение контактов с МП, которого всячески добивались сторонники унии.

Так что, в поисках «канонически чистых источников», еп. Агафангел, неосмотрительно вступил, и причём, во второй раз!, в общение с сомнительным в каноническом отношении Синодом митр. Киприана, имеющим к тому же весьма сомнительное богословие (названное еп. Григорием «не православным»), и впал через это общение и взаимные хиротонии в неканоническое положение, а также показал, что экклезиология Митр. Киприана не противоречит его собственной.

Напомню, что в первый раз еп. Агафангел совершил неканоническое деяние, когда организовал свое самочинное ВВЦУ, ссылаясь на согласие немощного еп. Даниила, то дававшего свою подпись под влиянием своего «мимолетного» окружения, то снимавшего её под влиянием другого, «постоянного». И пойди теперь разберись в том, что им было сделано вполне свободно, а что нет?

Причем, если Митрополит Виталий, в согласии со своим «плохим» «окружением», неуклонно и до самой своей кончины держался антиуниатского направления, то еп. Даниил, придерживающийся, фактически, киприанитских взглядов и считающий МП благодатной, после того, как его уговорили подписаться под «историческим Документом – Заявлением епископа Даниила Ирийского РПЦЗ...», заявил о своем нежелании рвать отношения с униатским «митр. Лавром и его Синодом» и остался, фактически, в подчинении МП.

Так что, как говорится, окружение окружению – рознь.

Поэтому, дело, к слову сказать, не только в «окружении», сколько в убеждениях того человека, который выбирает себе соответствующее окружение.

Исходя из этого, декларация о. Виктора, что «епископ Даниил и епископ Агафангел соборно, в полном единомыслии и единодушии создали ВВЦУ и приняли решение о пополнении епископата РПЦЗ» не соответствует действительности, т. к. эти два епископа, после заключения «митр. Лавром» унии с МП, вместе так и не собрались, соборно ничего не обсуждали и поэтому никаких решений физически принять не могли. Просто к еп. Даниилу была направлена делегация из представителей «Лояльной Оппозиции», которые и убедили епископа поставить свою подпись на заранее заготовленном «историческом Документе», от которой он чуть позже отказался (об этом имеется даже его видеообращение).

«Я всегда приветствовал улучшение отношений между Русской Православной Церковью За рубежом и Московской Патриархией, но я не сторонник объединения нашей церкви с Московской Патриархией», – заявил еп. Даниил в своем Заявлении от 15 июня 2007 г. «Некоторые из тех, кто против такого объединения говорят, что Московская Патриархия лишена благодати или Апостольского преемства, но я никогда этого не говорил. Однако я нахожу союз с Московской Патриархией пока что преждевременным...

Я не считаю Митрополита Лавра и его епископов безблагодатными, или лишенными Апостольского Преемства, или находящимися в ереси или расколе. Я причащаюсь в церкви Рождества Христова в г. Ири (штат Пенсильвания), где поминают Митрополита Лавра. Я не намерен начинать новой церковной администрации. Я против этого. Я не собираюсь сам совершать хиротоний иначе, чем по желанию Митрополита Лавра и его церковной администрации. Это мое убеждение, и я прошу всех с ним считаться.

Мая 9/22 сего года, меня посетили два священника и один диакон, которые хотели, чтобы я подписал бумагу. Они повели меня в отдельную комнату и не дали никому из моих помощников меня сопровождать. Этого документа я не писал: он был мне дан для подписи. Я его подписал потому, что меня попросили. Сразу после этого я понял, что здесь было что-то не так, и что я не должен был его подписывать. Дело в том, что я привык доверять духовенству и не ожидал быть обманутым так просто» (http://www.russianorthodoxchurch.ws/synod/2007/6bpdaniel.html).

Теперь защитники «ВВЦУ» усиленно трубят, что дело сделано ранее этого Обращения, что «ВВЦУ», мол, образовано и обратного хода это не имеет, даже если еп. Даниил действительно отказался.

Пусть даже и так, но чего стоят с нравственной стороны утверждения иерея Виктора о роли еп. Даниила в создании «кристально-чистого» «ВВЦУ РПЦЗ», если оно связано с той или иной формой использования больного епископа, не успевшего разобраться в сути дела, о чем публично свидетельствовал сам еп. Даниил?

Увы, ничего не стоят.

Или опять, скажут те же люди, что во всем виновато «плохое окружение» еп. Даниила? И, конечно, «митр. Лавр»?

Общеизвестно, что еп. Даниил был против не МП, как таковой (относясь к ней достаточно лояльно), а против лишь преждевременного с ней воссоединения и уж, во всяком случае, он не собирался и при худшем раскладе создавать параллельную «Синоду митр. Лавра» иерархию и устраивать некое «ВВЦУ». Чтобы идти на такой шаг, надо было совсем по-иному относится к Московской патриархии, к примеру, как Митрополит Виталий.

Поэтому, необходимо быть честным до конца и признать, как оно есть на самом деле, что эту новосозданную организацию фактически создал лишь один еп. Агафангел (будучи, накануне этого деяния, попутчиком унии) вместе с такими же единомысленными священниками, и, в частности, с «канонистом» иереем Виктором Добровым, которые вкупе теперь пытаются выдать ее за подлинную и «исконную РПЦЗ».

И даже если бы еп. Даниил шел бы до конца вместе с еп. Агафангелом в деле устройства «ВВЦУ», то ничего бы это не поменяло, т. к., вместо одного «отступника» от церковной правды (по терминологии Митрополита Виталия) было бы в этом деле два, так и не примирившихся со своим пожизненным Первоиерархом.

Что же касается хиротоний, произведенных по благословению и при участии Митрополита Виталия, снявшего перед лже-Собором 2001 г. подписи с проуниатских документов 2000 г. (на эту тему см. мою статью «Плоды лукавства» http://www.listok.com/article40.htm), то их каноничность исходит из каноничности, прежде всего, самого Первоиерарха, оспаривать которую еще никому дерзости не хватило.

И об этом письменно заявил сам Митрополит Виталий: «Исключительно ради очищения Церкви от подобных отступников с моим благословением и участием были совершены хиротонии новых епископов: еп. Сергия Мансонвилльского, еп. Владимира Сакраментского и еп. Варфоломея Гренадского, верных традиционному исповеданию Русской Православной Зарубежной Церкви» (http://www.listok.com/images/Chernovik1124.jpg).

Замечу еще, что епп. Сергий и Варфоломей являлись кандидатами во епископы РПЦЗ еще в дораскольное время.

А по чьему благословению были совершены еп. Агафангелом хиротонии вместе с епископами Синода Противостоящих, с которыми РПЦЗ (даже «Синод митр. Лавра» в 2006 г.) уже прекратила свое общение!

Лишь своего собственного, новосозданного «ВВЦУ»!

Но какой толк от такого «благословения»?

Ясно, что никакого.

Единственно в чем его «польза», так это в том, что это «благословение» убедительно свидетельствует о неканоническом характере всей этой агафангеловской затеи.